Решение по реализации проекта может стать прецедентом или скандалом
![Историческая надстройка Булошникова](/storage/news/realty/images/cms-image-000003955.jpg)
Москва. 25 января. ИНТЕРФАКС-НЕДВИЖИМОСТЬ – Проект реконструкции дома купца Булошникова на Большой Никитской улице вызвал жаркую дискуссию и обсуждения в СМИ, социальных сетях и внутри архитектурного сообщества. Неоднозначность оценок проекта и широкий общественный резонанс вынудили столичные власти пойти на дополнительную экспертизу принимаемых решений. Редакция "Интерфакса" разбиралась – в чем плюсы и минусы этого проекта и какова его возможная судьба.
Чего хочет собственник?
Собственник здания по адресу: ул. Большая Никитская, д. 17 с1 на Большой Никитской улице – компания "Мейн Эстейт" – планирует провести реконструкцию дома, надстроив несколько этажей. При этом общая площадь объекта может вырасти примерно в два раза – до 8906 кв.м. На первом этаже предполагается разместить помещения общественного назначения, а на верхних этажах – жилье.
Несмотря на то, что особняк, построенный в 1829 году, не является памятником архитектуры, дореволюционную часть дома планируется отреставрировать, вернув первоначальный облик архитектурно значимым элементам. В связи с тем, что особняк многократно перестраивался, в сегодняшнем здании можно найти лишь элементы дома, возведенного самим купцом Булошниковым. Генеральный директор компании "Мейн Эстейт" Андрей Маталыга обещает, что после реконструкции дом по-прежнему будет органично вписываться в окружающую застройку.
Что отстаивают защитники?
Градозащитники не согласны с любым проектом реконструкции дома. Сейчас им важно отстоять этот особняк в неизменном виде, и они не готовы обсуждать какие-либо проекты или детали перестройки объекта. По словам координатора движения "Архнадзор" Рустама Рахматуллина, новый объект полностью изменит вид всей улицы, не говоря уже о самом историческом здании.
Благодаря широкому резонансу, в защиту дома также высказались известные деятеля культуры и актеры: Светлана Немоляева, Александр Лазарев, Алексей Кузнецов, Игорь Костолевский, ряд других и даже протоиерей Всеволод Чаплин.
Аргументы “за”
Найти архитекторов, которые бы аргументированно, да еще под "запись" высказались бы за проект реконструкции, оказалось непросто, хотя в кулуарах немалая часть экспертов отмечала, что картинка нового дома "не так уж и страшна", тем более, что дом многократно перестраивался. Почетный архитектор России Михаил Леонов считает: раз на сегодня от первоначального дома купца Булошникова почти ничего не осталось, то и реконструкция здания – это очередной этап в его жизни. "Действительно, предполагается, что здание будет надстроено, но проект самого дома будет рассматриваться дополнительно. Я уверен, что и Архитектурный совет, и городские власти тщательно подойдут к рассмотрению проекта", - заявил он.
Партнер архитектурного бюро Wall Рубен Аракелян считает достоинством проекта вовлечение первых этажей в жизнь города, за счет появления новой функциональной нагрузки. Надстройку, увеличивающую площадь здания, по его мнению, можно не маскировать под элементы здания более раннего периода, а найти более спокойное и нейтральное решение, сделать ее более анонимной. При этом Р. Аракелян подчеркивает важность консервации исторического "слепка" фасада, его колористики и фактур.
Аргументы "против"
Развернувшиеся споры вокруг Дома Булошникова, о котором до кампании в СМИ и соцсетях было известно немного, стали поводом к разговорам о градостроительной политике вообще в центральной части Москвы. Свернутые несколько лет назад лозунги о тотальном запрете на строительство в исторической части города вновь взяты на вооружение оппозицией и градозащитниками. Например, архитектор Никита Шангин предложил законодательно запретить любые сносы исторических зданий внутри так называемого Камер-Коллежского вала. "Нужен мораторий на строительство внутри исторической части Москвы. Исторические здания - это капитал города, и его необходимо беречь, а не уничтожать", - заявил он. Представители группы DNK ag считают, что реконструкция или приспособление под новую функцию имеют право быть в городе, однако в рамках четко регламентированной политики по сохранению его исторических зданий и частей.
Конечно, не стоит сбрасывать со счетов фактор выборов в городскую думу в этом году и возможную волну популистских заявлений. Однако, они могут вовлечь в протестный процесс людей, ранее в нем не занятых. Тем более, что по мере приближения к самим выборам лозунги будут все смелее, а призывы все громче.
В этом контексте решение городских властей "взять паузу" и провести дополнительную экспертизу может стать прецедентом в её взаимоотношениях с оппозиционерами и градозащитниками, о чем прямо говорит муниципальный депутат Елена Ткач. - "По поводу сегодняшнего выступления Собянина по ситуации с Большой Никитской, могу сказать следующее: оно показывает, что власть страшно напугана нашим протестом… Доверие к любым экспертизам Собянина равно нулю. У нас одно требование к московским властям - признавайте отрицательный результат слушаний и отменяйте этот проект раз и навсегда".
Что будет дальше?
В середине января были проведены публичные слушания. Несмотря на неоднократные попытки срыва их процедуры, все требования регламента были соблюдены, а материалы переданы в комиссию при правительстве Москвы по вопросам градостроительства, землепользования и застройки в Центральном административном округе. Защитники дома имеют возможность в письменном виде оставить свои замечания или высказать несогласие в адрес этой комиссии.
В ближайшее время она должна была принять окончательное решение по этому проекту, однако с заявлением выступил мэр Москвы Сергей Собянин: "Публичные слушания по судьбе дома Булошникова были жаркими – противники реконструкции утверждают, что это исторически ценный объект, который собираются снести, сторонники – что после многочисленных перестроек это просто новодел на месте бывшего купеческого дома. Считаю, что все эти доводы и аргументы нужно спокойно проанализировать, провести дополнительную экспертизу и после этого принять взвешенное решение". Состав экспертного совета и сроки его работы пока не известны.