Эксклюзив
4 июня 2010 г. 10:42

Министр образования, науки и инновационной политики Новосибирской области В.Никонов: "Самая главная задача – создать эффективную систему взаимодействия науки и инновационного б

Министр образования, науки и инновационной политики Новосибирской области В.Никонов: "Самая главная задача – создать эффективную систему взаимодействия науки и инновационного б

            - Владимир Алексеевич, какие новые задачи предстоит решать возглавляемому Вами министерству? Каковы были цели его создания?

            - На мой взгляд, решение о создании такого министерства, которое попыталось бы объединить управление общим и профессиональным образованием с наукой и инновационной политикой – это просто требование времени.

            Однако интеграция образования, науки и инновационного бизнеса столкнулась с некоторыми проблемами, связанными, в том числе, с управлением.

            Скажем, один департамент решает проблемы развития общего образования, и хотя к нему присоединили начальное и среднее профессиональное образование - но это произошло несколько механически. Другой департамент занимается высшим образованием, наукой и как-то пытается формировать инновационную политику.

            Поэтому главная задача – обеспечить реальную интеграцию в этих секторах, с тем, чтобы обеспечить инновационные преобразования не только в экономике, но и в обществе в целом, и министерство должно перестроить управление этими сферами так, чтобы адекватно соответствовать этой задаче. Тем более, что часть пути же пройдена – например, проект по модернизации школы предусматривал, что она должна стать местом формирования людей, способных воспринимать инновационные идеи, по-новому формироваться в специалистов и быть, в итоге, движущей силой инновационного развития.

            Сформировались и вызовы по отношению к системе профессионального образования, от начального и до высшего звена. Стало понятно, что необходимо переходить от подготовки специалистов в сфере массовых профессий к подготовке специалистов, способных обеспечить работу модернизируемых предприятий и предприятий, которые используют инновационные технологии, нацеленных на выпуск инновационной продукции.

            Система профессионального образования уже начала перестройку в этом направлении – появляются ресурсные центры, есть факты, когда объединяются учреждения начального, среднего и высшего профессионального образования, чтобы выстроить цепочку подготовки кадров всех уровней, ориентированных на передовые производства. В качестве примера можно привести наш аэрокосмический лицей, авиастроительный техникум и НГТУ с факультетом летательных аппаратов.

            Если говорить о науке и инновационном развитии, мы понимаем, что это взаимосвязанные вещи: трудно представить себе, что наука не участвует в инновационной перестройке экономики – это было бы огромным упущением, хотя мы понимаем, что это и большая проблема.

            В то же время мы понимаем, что бизнес, который главной задачей избрал для себя создание новых продуктов, освоение новых технологий – тоже ориентируется на научные знания, хотя доля такого бизнеса и в стране в целом, и в нашей области не так велика, как хотелось бы. Вот, если коротко, стратегические задачи.

            - А тактические?

            - Если говорить о некоторых тактических вопросах, то можно отметить, что преобразования в школе, которые были начаты со старта приоритетного национального проекта "Образование", продолжаются, причем на новом качественном уровне.

            Если изначально речь шла о том, чтобы поправить вопросы заработной платы учителей, технически подтянуть, методологически и так далее, то сейчас задачей является формирование новой школы, которая сама пронизана инновационными подходами в организации и методике образования, оснащена соответствующим образом, использует материалы и методики инновационного свойства.

            Более того, школа и организована должна быть на инновационных принципах, чтобы возможности ученика не были ограничены стенами одной школы, в которую он ходит физически.

            С помощью инфокоммуникационных технологий мы должны открыть ему пространство с тем, чтобы он мог, если понадобится, общаться с учителями более высокого класса, чем те, которые могут с ним работать по месту жительства, чтобы он мог получать разнообразные материалы для своей подготовки. То же самое необходимо сделать и для учителей, которые должны иметь выход на специалистов самого высокого класса и быть заинтересованными в использовании этих возможностей.

            Это тот проект, который мы еще только формируем. Понятно, что это потребует определенных затрат – по предварительной оценке, речь идет не менее чем о 1,3 млрд рублей из разных источников, но эти затраты более чем оправданны.

            Что касается профессиональной школы, на мой взгляд, нужно ускорить процессы не просто взаимодействия между различными уровнями образования, а действительно создавать единые структуры, имеющие общее управление, которые будут выстраивать подготовку специалистов, имея в виду специалистов разной квалификации.

            Параллельно должен решаться вопрос обновления и укрепления материальной базы, потому что специалиста для новой промышленности, новой экономики нельзя подготовить на старом оборудовании, как нельзя это сделать и со специалистами, сформировавшимися 20-30 лет назад.

            Сюда же мы должны присовокупить задачу развития науки в рамках учебных заведений. Доказано практикой, что только в тесном контакте людей, которые занимаются научным поиском, растет по-настоящему эффективный специалист, когда он может подключиться, будучи студентом, к научным изысканиям, когда его преподаватель и сам – участник научного процесса.

            Если говорить о науке и инновациях, то здесь самая главная задача, которую предстоит решить – создать эффективную систему взаимодействия науки и инновационного бизнеса. Задача сложная, но движение в этом направлении есть – думаю, что достаточно скоро будут появляться заметные результаты.

            - Сейчас в регионе создаются классы с углубленным изучением математики, физики и химии, которые, насколько можно судить, планируется использовать для выстраивания взаимосвязей между школьным и вузовским образованием. Следует ли расширить число таких специализаций в обозримом будущем?

            - Мы начинаем эту работу, и, на мой взгляд, в нынешней ситуации специализация выбрана правильно – за последние годы интерес к техническим профессиям, к научной деятельности был во многом утрачен.

            Поэтому ничего удивительного, что были сделаны именно такие акценты – наша задача, причем не отложенная на 20 лет, а такая, которую нужно решать уже сейчас – это создание новой промышленности, основанной на инновациях и ориентированной на запросы мирового рынка.

            Думаю, что создание спецклассов позволит, в конечном счете, создать условия для решения этой задачи и, смею надеяться, будет формировать особую интеллектуальную среду. Примером можно считать физматшколу при НГУ – нужно было готовить людей для науки, их отбирали, создавали особые условия, вкладывали дополнительные ресурсы.

            Отличие в том, что учеников для ФМШ искали, без преувеличения, по всей Сибири и Дальнему Востоку. Не исключено, что в будущем и в наших спецклассах появятся ученики из других регионов.

            Один из главных моментов – избежать формального подхода, при котором все ограничивается только повышенным нормативом финансирования. К слову сказать, обучение одного школьника в таком спецклассе обойдется примерно втрое дороже, чем в обычной школе и важно, чтобы этому соответствовал уровень обучения. Надеюсь, что нам удастся получить адекватный результат.

            Кроме того, на мой взгляд, необходимо, чтобы эти классы не были изолированы друг от друга хотя бы в рамках одной специализации, чтобы происходил обмен опытом, устраивались какие-то межшкольные научные конференции, семинары и т.д.

            Кстати, именно в этих классах будет реализован пилотный проект по предоставлению каждому ученику компьютерной техники, о котором я говорил ранее – на эти цели мы планируем направить уже в этом году 40 млн рублей.

            Спектр спецклассов уже расширен за счет появления классов, ориентированных на углубленное изучение биологии. Не исключено, что могут появиться и другие специализации.

            - Таким образом, через несколько лет в Новосибирской области появится несколько сотен "супервыпускников". На Ваш взгляд, это сможет повлиять на общую ситуацию?

            - Думаю, да. Меня больше беспокоит, успеем ли мы к этому времени трансформировать экономику области, науку, инновационную сфер так, чтобы эти выпускники смогли реализовать свой потенциал. Можно подготовить людей, но найдут ли они себя здесь, или хотя бы в других регионах России? Ведь ничего не будет препятствовать им самореализоваться в других государствах.

            Если этим не заниматься, задачу инновационного развития не решить, потому что необходимо, прежде всего, развитие общества.

            - Какие еще способы, кроме развития образовательной системы, имеются в распоряжении региона для создания предпосылок к переходу на инновационный путь развития?

            - На мой взгляд, задача состоит в том, чтобы сформировать условия, создать систему стимулов для инноваторов.

            Я бы выделил два варианта возникновения инноваций. Первый – когда наука открывает какие-то новые эффекты, или технологии, имевшие узкоспециальное назначение, получают массовое применение. Инновации такого рода бывают очень масштабными – например, Интернет или сотовая связь.

            Вторая возможность – когда предприятие, работая на конкурентном поле, понимает, что ему нужны новые возможности. В результате возникает своего рода заказ на решение определенной проблемы, в общем-то, заказ на инновацию.

            В свое время существовала система взаимодействия между академическими институтами и ведущими предприятиями Новосибирска – НАПО им.Чкалова, "Сибсельмашем" и т.д. В ходе совместных обсуждений формулировались проблемы, которые требовали проведения научных исследований, хотя не всегда фундаментальных.

            Например, так родилась в свое время технология штамповки взрывом искривленных поверхностей, которые были нужны НАПО им. Чкалова.

            Сегодня Новосибирский электровакуумный завод, ориентируясь на создание нового, востребованного рынком продукта – технической керамики, каждый день сталкивается с тем, что снижение издержек, повышение качества требует теснейшего контакта с институтами СО РАН, малым инновационным бизнесом.

            Однако сегодня между фундаментальной наукой и предприятиями, объективно заинтересованными в инновациях, есть некоторый разрыв.

            С одной стороны, для ученых, по большому счету, результатом является скорее получение нового знания, нежели создание нового продукта или технологии.

            В нашем случае инновация – это новое "know how", прикладной вариант нового знания. Но система прикладных учреждений, организаций с 1990 года и до самого последнего времени у нас, можно сказать, рассыпалась. Пропал инжиниринг, да и не было у нас такого понятия.

            Те меры, которые сегодня реализует исполнительная власть Новосибирской области по созданию целой сети специальных структур, которые чаще называют объектами технопарка, объективно направлены на то, чтобы убрать эту границу, найти способы для организации этого процесса.

            Основа такой инфраструктуры создается, и я думаю, что в ближайшее время она может эффективно заработать.

            - То есть это то, что называется системой "распаковки"?

            - Да, мы для себя это именно так и определяем – надо, чтобы бизнес, действительно, при поддержке специальных структур, при участии экспертов, научился ставить задачи перед учеными, которые, конечно, заняты фундаментальными исследованиями, но могут с пользой для себя и для дела решить ту или иную прикладную задачу.

            Поэтому мы создаем специальную государственную структуру, которая будет работать в составе технопарка. Ее задачей будет находить такие проекты, ставить такие задачи, которые могли бы быть решены силами наших научных организаций, отдельных ученых.

            Второй момент – слабым звеном является практически полное отсутствие людей, которые умеют организовывать работу сложных коллективов, где есть и научные работники, и представители заказчика инновации, и вдобавок могут быть лидерами и видеть перспективы решения поставленной задачи. Поэтому поиск таких людей тоже будет задачей новой структуры.

            Естественно, возникает вопрос о финансировании этой работы. Здесь мы сталкиваемся с тем, что если предприятие на самом деле живет коренной модернизацией за счет инновационного прорыва, оно находит определенные ресурсы. Их может быть недостаточно, но они, как правило, есть.

            Некоторые возможности могут быть и у научных организаций, причем не обязательно речь идет о деньгах. Необходимо, чтобы инновационные задачи включались в нормальную плановую работу – тогда к участию в таких проектах можно на взаимовыгодных условиях привлекать и ученых, и научное оборудование.

            Думаю, что какие-то ресурсы придется вкладывать и государству, и нужно найти правильный способ это сделать, чтобы они давали гарантированный эффект и вкладывались только в случае крайней необходимости. Государство не должно бежать впереди бизнеса, который в данном случае хорошо мотивирован – ведь он создает себе конкурентное преимущество.

            Но на самом деле мы такие подходы уже умеем реализовывать, например, в форме поддержки инвестиционных проектов. Когда инициатор проекта вкладывает солидные деньги, то бюджет подключается, чтобы снять какие-то избыточные нагрузки, расходы. В результате эффективность бюджетных вложений в такие проекты у нас – один к пяти, на вложенный рубль из бюджета мы получаем по 4-5 рублей с реализованного проекта. Это правильно и нормально.

            Есть и другие инструменты, например, венчурный фонд, близится запуск Центра технологического обслуживания инновационных предприятий в сфере приборостроения в технопарке.

            - Сформирован ли круг потенциальных запросов, требующих "распаковки"?

            - Пожалуй, так сказать нельзя. Те герои, которые все-таки рискнули идти по пути коренной модернизации своего производства, кто почувствовал, что инновации могут стать мощным конкурентным преимуществом, чаще всего о своих бедах и проблемах особо и не распространялись, понимая, что у государства нет соответствующих механизмов и инструментов, а те, что есть – им не подходят.

            Кроме того, и у государственных и муниципальных структур есть проблемы, которые необходимо решать таким образом. Во всяком случае, территориальное управление автодорог Новосибирской области уже рассматривает возможность стать заказчиком инновационных решений. Например, есть проблема освещения улиц – это большие затраты, и хотя сейчас есть более эффективные лампы, например, светодиодные, но все же их широкое применение - дело будущего.

            Поэтому рассматривается возможность уйти от традиционных способов, когда задача освещения улиц и дорог решается путем прокладки большого количества кабеля. Один их путей – применить такие технические решения, чтобы накапливать энергию днем и использовать ее в темное время суток.

            В любом случае, государство, государственные структуры, даже не являясь напрямую инвестором, может создавать рынок инновационной продукции. Часто бывает так, что отсутствие рынка тормозит развитие инновационного предприятия, тогда как государство могло бы стать крупным покупателем такой продукции в тех случаях, если это целесообразно.

            В любом случае, бизнес должен воспринимать инновации как мощный фактор в конкурентной борьбе, как преимущество, и тогда он самостоятельно, никого не ожидая и не спрашивая, начинает этим заниматься.

            - Пока этого не происходит…

            - Мне кажется, что по целому ряд причин среди многих владельцев предприятий, да и в государственных структурах, в целом в обществе развилась такая, не побоюсь этого слова, болезнь – желание стать рантье.

            К этому подтолкнула, пожалуй, еще система приватизации, прошедшей в 90-е гг. Вдруг ниоткуда в силу разных обстоятельств у человека оказались в руках активы, которые стали приносить ему доход. При этом, как правило, затраты были только на поддержание, а не на развитие.

            Человек решил проблему своего благосостояния, у него развился вкус к хорошей жизни, годы идут, ко всему прочему владелец активов еще и постарел – а предприятие начинает умирать.

            И в этой ситуации некоторые собственники пытаются, условно говоря, доить околевшую корову, хотя вообще-то пора искать средства, чтобы купить новую. Это, кстати, к вопросу о модернизации.

            Это не так просто, ведь нужно привлечь деньги и, в конечном счете, не потерять управление бизнесом и так далее.

            Государство, когда оно получает основные доходы от продажи сырья, тоже склонно к превращению в рантье, не отстает и население – ведь всякая инновация требует усилий, чтобы ее применить – даже если, в конечном счете, повышается качество жизни.

            С другой стороны, сейчас государство вкладывает огромные средства в инновационную модернизацию. Можно, конечно, отметить госкорпорацию "Роснано", которая уже начала себя реализовывать в этой сфере, и среди одобренных ею проектов есть и новосибирские.

            Российская венчурная компания, хотя и не без трудностей, тоже начинает действовать, хотя, как ни парадоксально, этот институт, на мой взгляд, еще не готов рисковать в той мере, в которой положено рисковать при подборе венчурных проектов.      Возможно, это и оправданно – вряд ли государство готово бесконечно вбрасывать туда деньги для увеличения объемов венчурного инвестирования.

            Поэтому венчурным компаниям, созданным при участии РВК, нужно быть очень успешными, чтобы гарантированно привлекать частный капитал – мировая практика говорит о том, из десяти венчурных проектов успешными оказываются один – два, но за их счет можно окупить все затраты.

            Что касается Новосибирской области, то наш региональный фонд уже отобрал 36 проектов, и его средства – 400 млн рублей – могут закончиться буквально сразу после принятия решения об их поддержке.

            Сейчас мы пытаемся пригласить в Новосибирскую область венчурные компании из других регионов, потом что у нас еще много интересных проектов, но не исключено, что будет принято решение об увеличении собственных ресурсов фонда

            - Насколько регион продвинулся в реализации проекта по созданию нескольких кластеров – биотехнологического, приборостроительного и так далее, о которых неоднократно говорилось ранее?

            - Вообще говоря, формирование кластеров – во многом естественный, органический процесс, но можно на него влиять, создавая условия развития, направляя его в нужное русло.

            Де-факто кластеры есть. Есть, например, группа предприятий, выпускающих приборы, аппаратуру, при этом отношения внутри нее далеко не однозначны. Это и конкуренция, и, в ряде случаев, кооперация.

            Но для того, чтобы этот кластер подпитывался инновационными продуктами, и создан центр технологического обслуживания в технопарке, который работает над созданием прототипов, пробных партий и т.п.

            Другой вопрос, где будут выпускаться эти новые продукты после перехода к серийному производству – это могут быть действующие производства, создание новых или продажа технологий.

            Можно говорить о биотехнологическом кластере, центром которого является ГНЦ "Вектор". Мы постараемся в ближайшее время продумать, каким образом организовать некое "ядро" этого кластера, которое возможность масштабирования найденных решений, вплоть до создания больших производств.

            Что касается кластера наноматериалов – проект нанофаба уже есть, он одобрен упомянутой госкорпорацией "Роснано". Нанофаб будет распределенным – Томск и Новосибирск, но это даже хорошо, потому что никто не говорил, что нанофаб должен замкнуться в рамках Академгородка.

Читайте нас в
  • ya-news
  • ya-dzen
  • google-news
Показать еще