Точка зрения 15 сентября 2021 г. 16:29

Мораторий для чистых рек

Мораторий для чистых рек
© РИА Новости, Игорь Агеенко

Interfax-Russia.ru - Власти Приамурья и экологи выступают за мораторий на выдачу лицензий на поиск золота и сокращение разведывательных площадей.

Масштабное загрязнение рек в районах с запасами россыпного золота вынудило власти Амурской области совместно с экологами и надзорными ведомствами проанализировать результативность лицензий на поиск драгоценного металла, а также искать пути решения проблемы загрязнения рек.

"В последние годы в адрес правительства Амурской области на регулярной основе поступают обращения граждан и общественных организаций по вопросу резкого роста случаев загрязнения водных объектов в результате деятельности золотодобывающих предприятий области. Одним из наиболее ярких примеров является обращение, собравшее 1261 подпись", - сообщил "Интерфаксу" глава Минприроды области Дмитрий Лужнов.

Жалоба с большим количеством подписей была адресована полпреду в Дальневосточном федеральном округе Юрию Трутневу и губернатору региона Василию Орлову. В интернете немало видеороликов, снятых местными жителями, где они наглядно показывают, во что превращаются после отмывки золота реки, в которых в лучшие времена их предки ловили рыбу едва ли не руками. Например, вот один из таких роликов.

Один из наиболее активных борцов за чистые реки в Приамурье и главных "раздражителей" золотодобытчиков - охотовед-биолог по образованию житель Селемджинского района Евгений Рогалев. О наболевшей проблеме он может говорить обстоятельно со знанием дела, так как борется с нерадивыми золотодобытчиками четыре года.

"Природоохранные структуры у нас редуцированы. Из-за непонятной оптимизации штаты сильно сокращены, зарплаты маленькие. Эффективность от их работы слабая. Кому здесь контролировать на местах, если не нам самим? Что остается местным жителям после золотодобытчиков, которые не думают о рекультивации участков? Лунные ландшафты и умирающие реки. Золото моют в основном заезжие, им нужна 300% прибыль, а не траты на отстойники, отводные каналы, рекультивацию", - говорит Рогалев.

По его словам, рыбы в реках региона стало несоизмеримо меньше. Раньше за косяками весной сквозь прозрачный лед можно было наблюдать как в аквариуме. Сейчас многие мальки погибают, потому что их жабры забивает грязь, которую несут потоки с участков, где моют золото, стало меньше в реках и ракообразных.

"В советское время такой мощной техники не было. Те объемы грунта, которые они неделю переворачивали, современные экскаваторы за один раз захватывают. Еще проблема в том, что замываются зимовальные ямы рыбные, меняется русло рек. Во времена СССР реки были чистые в местах золотодобычи, тогда за этим следили, был комитет по охране природы. Если видели, что река грязная, зачерпывали воду стаканом и заставляли пить начальника участка", - заметил охотовед-биолог.

По данным Всемирного фонда дикой природы (WWF), с начала добычного сезона в 2020 году на территории области выявлено 123 случая загрязнения рек, общая протяженность мутных потоков составила 3 тыс. 921 км. В текущем году выявлено уже 97 таких случаев, шлейф загрязнений протянулся на 3 тыс. 181 километр.

"По нашему мнению, рост случаев загрязнения водотоков напрямую связан со значительным увеличением количества выданных поисковых лицензий по заявительному принципу. Это позволяет недобросовестным недропользователям вести хищническую разработку месторождений россыпного золота на стадии проведения геологоразведочных работ", - отметил глава Минприроды Приамурья Дмитрий Лужнов.

За мораторий на выдачу лицензий на поиск золота и сокращение разведывательных площадей выступают в свою очередь и экологи, считая, что систему предоставления лицензий на поиск золота необходимо менять.

"Для начала необходимо вводить мораторий на их выдачу, а в дальнейшем оценивать продуктивность работы тех компаний, которые их уже получили, то есть, насколько эффективно они ведут поиск новых месторождений. Либо вообще стоит отменить постановление, которое позволяет получать безаукционно лицензии на поиск россыпного золота", - сообщил "Интерфаксу" координатор проектов по особо охраняемым природным территориям WWF России Юрий Гафаров.

Минприроды России, оценив предложение властей Приамурья на введение в регионе пятилетнего моратория на выдачу поисковых лицензий на россыпное золото, в августе ответило, что введение моратория может привести к "росту случаев безлицензионного пользования недрами".

В сентябре правительство региона подготовило новое обращение к Минприроды России с просьбой уменьшить количество выдаваемых поисковых лицензий, а также сократить площади для проведения геологоразведочных работ.

"За подписью губернатора Василия Орлова подготовлено обращение в адрес Минприроды России по проблемам, связанным с поисковыми лицензиями. Наше предложение - уменьшить их количество за счет выдачи в год на одно юридическое лицо не трех, а одной лицензии, а также сократить ее максимальную площадь со 100 кв.км до 40 кв.км", - отметил Лужнов.

К настоящему времени на территории Амурской области в сфере благородных металлов предоставлено 1 тыс. 345 лицензий на пользование недрами, в том числе 954 лицензии для геологического изучения, включающего поиски и оценку месторождений золота. Большинство поисковых лицензий получают недавно созданные мелкие предприятия, только 225 таких лицензий принадлежат организациям, добывающим золото.

"Вместе с тем эффект от деятельности подавляющего большинства владельцев поисковых лицензий минимален. На сегодняшний день большая часть таких недропользователей не предпринимает активных действий по производству геологоразведочных работ, останавливаясь на стадии разработки проекта на геологическое изучение и сосредотачиваясь в дальнейшем на поисках предприятий, которым можно выгодно продать свою организацию для перехода права пользования недрами", - пояснил глава Минприроды области.

В 2018 году по факту открытия месторождений россыпного золота амурский территориальный орган Роснедр выдал всего четыре добычных лицензии, в 2019 году – три, в 2020 году – шесть, в 2021 году – семь разрешений на добычу. При этом прогресс в количестве выдачи поисковых лицензий заметно ощутимей: в 2018 году их было 189, в 2019 году – 301, в 2020 году – 282 лицензии.

Владелец такой лицензии может провести геологоразведку, расширить карту золотоносных участков, а затем уже заниматься добычей золота на выявленном месторождении. На деле же этот документ чаще становится прикрытием для отработки россыпей без аукционных процедур.

Результаты "активных" поисков драгоценного металла в регионе нельзя назвать оптимистичными. Прирост балансовых запасов россыпного золота по категориям C1 и C2 по поисковым лицензиям в 2019 году составил всего 121,2 кг, в 2020 году – 516,7 кг, в 2021 году – 295,6 кг.

"Проблема выдачи поисковых лицензий есть, так как в ряде случаев они не используются по назначению, а являются прикрытием для добычи золота. Яркий пример загрязнение нефтепродуктами в прошлом году реки Селемджа, там как раз был разведывательный участок. Немалая часть предложений по поисковым лицензиям была сформулирована нашим управлением", - заявил "Интерфаксу" заместитель руководителя Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора Артем Терещенко.

В прошлом году Амурская область с большим отрывом была лидером антирейтинга России по загрязнению рек в золотоносных районах. По оценке экологов, при добыче россыпного золота затрагиваются большие площади, поэтому этот вариант добычи драгоценного металла оказывает большее влияние на экосистему, чем добыча рудного золота. При этом по ряду причин добытчики рудного золота более экологически ответственные.

"Предприятий, добывающих россыпное золото, очень много, многие из них можно отнести к "однодневкам". На одного человека может быть зарегистрировано несколько компаний, нередко только одна из них имеет лицензию на добычу золота, у остальных – поисковые лицензии. В результате появляется лазейка для активной разработки тех месторождений, на которых компания должна вести только разведку. Намытое золото сдается государству как добытое на разрешенном для этого участке. Опять же, нельзя исключать, что часть металла минует официальные структуры", - заметил Гафаров.

По мнению специалистов, если поисковая лицензия берется с одной целью – быстро получить прибыль, не оглядываясь на последствия и репутацию, то забота об экологическом благополучии территории отодвигается на задний план.

"Мы понимаем, что точечная борьба с отдельными нарушителями не достаточно эффективна. Лицензий очень много, проконтролировать каждое юридическое лицо практически невозможно", - отметил представитель Всемирного фонда дикой природы.

По информации Приамурского межрегионального управления Росприроднадзора, в прошлом году в суд было направлено четыре материала о нарушениях в районе золотоносных участков, по трем было вынесено решение о приостановке золотодобычи, по одному – выписан штраф. В текущем году "на паузу" была поставлена работа двух компаний в Селемджинском районе и одной – в Зейском районе.

"В основном это участки с лицензией на добычу, а не на разведку месторождений. На поисковый участок в рамках плановых проверок мы зайти не можем, только на основании обращений или жалоб о загрязнении рек и ручьев. У нас плотное взаимодействие с экологической коалицией "Реки без границ", которая ведет спутниковый мониторинг. После выявленных нарушений мы проверяем, устранил ли их собственник компании, в порядке ли гидротехнические сооружения", - сказал Терещенко.

В свою очередь охотовед Рогалев считает, что утвержденная законодательно лояльность при проверке предприятий приводит к печальным последствиям.

"После того, как решили не "кошмарить" бизнес, из-за отсутствия должного контроля природе нанесен серьезный удар. Простой пример, в 50-60-ые годы по нашим рекам пароходы ходили, а сейчас на моторке цепляешь дно. Реки сильно измельчали. Мели идут по диагонали русла. Дно поднимается, соответственно размываются берега, сопки начинают сползать. Каждый год все больше и больше. Поэтому и поселки стало часто топить", - считает эколог-доброволец.

Из-за большого количества лицензий в сфере золотодобычи в Амурской области сложилась ситуация, когда 25% от общей территории региона или 40% от площади потенциально золотоносных районов уже занята лицензионными площадями как поисковых, так и добычных лицензий.

Обозреватель Светлана Майорова

Читайте нас в
  • ya-news
  • ya-dzen
  • google-news
Показать еще