Эксклюзив 11 июля 2012 г. 08:17

Гендиректор УГМК А.Козицын: "Будем строить новый никелевый завод "под ключ"

Гендиректор УГМК А.Козицын: "Будем строить новый никелевый завод "под ключ"

Россия находится в преддверии вступления во Всемирную торговую организацию. На днях Госдума ратифицировала протокол о присоединении России к ВТО, металлурги с опаской ожидают пересмотра ввозных и экспортных пошлин на металлы. Некоторые из них притормаживают крупные инвестиционные проекты. Другие же, наоборот, пытаются занять новые ниши, модернизируют имеющиеся производственные мощности для того, чтобы увеличить конкурентоспособность своей продукции на мировом рынке.

Так, Уральская горно-металлургическая компания уже в текущем году запустила первую очередь нового цеха электролиза меди и вторую - цеха горячего цинкования на "Уралэлектромеди", ведет строительство металлургического завода в Тюмени, модернизирует производство на всех своих "дочках". Только в нынешнем году компания планирует инвестировать в развитие предприятий более 60 млрд рублей.

О том, как может отразиться вступление России в ВТО на деятельности металлургических предприятий, о планах по развитию промпроизводства УГМК и о новом проекте по переработке воронежского никеля рассказал в интервью агентству "Интерфакс-Урал" генеральный директор УГМК Андрей Козицын.

- Андрей Анатольевич, многие крупные корпорации в настоящее время раскрывают консолидированную отчетность о деятельности предприятий групп в 2011 году. Расскажите, как предприятия УГМК отработали прошедший год?

- С учетом цен на лондонской бирже на металлы, которые мы производим, прошедший год был достаточно позитивным для УГМК. Мы смогли реализовать ту программу, которую намечали на прошлый год, в первую очередь, в части реконструкции и строительства производственных мощностей. В начале 2012 года запустили новый цех электролиза меди на "Уралэлектромеди". Мы его строили не один год, но основные затраты пришлись как раз на 2011 год.

Много вложений было сделано в горные предприятия. Серьезно продвинулись и по Гаю (Гайский ГОК - ИФ), и по Учалинскому ГОКу. В первом случае расширяем шахту, во втором - строим новую шахту.

- В 2011 году компания создала "Холдинг кабельный альянс" для управления своими кабельными активами. Как УГМК в дальнейшем планирует развивать предприятия этого холдинга?

- Мы создали этот холдинг для того, чтобы более профессионально работать с рынком. Мы производим медную катанку. Прямой потребитель катанки - это кабельные предприятия. Нам удалось договориться с основным акционером кольчугинского завода "Электрокабель", в результате были консолидированы активы Кольчугинского завода, "Сибкабеля", "Эмальпровода", "Уралкабеля". В этом году эти предприятия должны будут переработать 36 тыс. тонн меди в свою продукцию и продать ее.

Рынок на месте не стоит, поэтому планируем и дальше развивать кабельный холдинг. Но в развитии этого направления есть существенные проблемы. Основная заключается в том, что все конкурсы, тендеры на поставку продукции выигрывают те, кто предлагает цену ниже, а вопрос качества уходит на второй план. Хотя в итоге конечный потребитель понимает, что такое некачественный материал. Но тендер уже прошел, деньги заплатили, кабель установили.

- А предприятия "Холдинга кабельного альянса" испытывают проблемы со сбытом кабельной продукции?

- У крупного производителя есть крупные потребители. Они нам всегда говорят, что они могут взять дешевле. Но просто только потом что с этим кабелем делать? Многие почему-то смотрят только на цену, а качество их не особо интересует, вроде и так все хорошо. Но, я думаю, это глубокое заблуждение. В этом, считаю, большая проблема, потому что все-таки нужно начинать тендер с качества, смотреть на то, кто производитель, какие гарантии качества он дает, и кто отвечает за поставки по выигранным условиям конкурса. Очень много продукции сейчас производится "на коленке". Все научились делать провод или кабель мелких сечений. Но где гарантии качества в части изоляции или разнотолщинности? Часто в кабели включают вместо указанного на этикетке металла сплав какой-нибудь, теряется сопротивление. Грубо говоря, возьмут такой провод, закатают в штукатурку. Загорится же все… а потом кто виноват будет?

- В начале года Вы не исключали возможности сокращения производства медной катанки на "Уралэлектромеди" из-за вероятного введения пошлины на ее экспорт. Каковы в настоящее время прогнозы по производству катанки на 2012 год? Не планирует ли УГМК сокращение объемов производства другой продукции на своих заводах?

- Во-первых, 2012 год уже законтрактован. Здесь никто ничего нового не ожидает, работаем на те объемы, которые запланировали. План по катанке на 2012 год - 280 тыс. тонн. Примерно половина пойдет на экспорт.

В части введения экспортной пошлины на катанку, ситуация пока заморожена. Посмотрим, что будет дальше. В России сменилось правительство, страна должны ратифицировать вступление в ВТО, а это подразумевает другие формальности при введении пошлин.

Что касается ситуации на рынках Европы, то европейская комиссия, в свою очередь, по моей информации, рассмотрела набор пошлин, которые будут введены в отношении Российской Федерации в случае вступления в ВТО. В частности, по медной катанке нашего производства хотят увеличить ввозную пошлину. Как это коррелируется с ВТО - пока не понятно. Сейчас изучаем этот вопрос. Каким образом это возможно, и на каком основании.

- Как вы считаете, вступление в ВТО несет для УГМК негатив или благо?

- Очень сложный вопрос, потому что до конца многое до сих пор непонятно. К примеру, в России сейчас работают все основные иностранные автопроизводители, с каждым из них на уровне правительства подписаны договоры о локализации. То есть прописано все то, что должно производиться на территории страны, в которой организована сборка автомобилей. В ней обозначены условия локализации и сроки выполнения этих условий. Нам - производителям автокомпонентов и сырья для их производства - не раскрываются условия этих договоров: то ссылаются на коммерческую тайну, то еще на что-то.

И мы, не имея этой конкретики по локализации, не понимаем, какую часть компонентов автоконцерны должны производить или закупать в России. Наши радиаторные заводы и заводы ОЦМ являются непосредственными поставщиками автокомпонентов. Как связаны договоры локализации автопроизводителей и деятельность наших заводов? Если мы не сможем четко спланировать и организовать производство и поставку мировым автопроизводителям, которые будут работать на территории России, то, по нашим оценкам, к 2020 году нам нужно будет фактически закрывать производство. Это касается не только нас, а большинства производителей автокомпонентов в стране.

Мы пытаемся выяснить содержание соглашений о локализации - кто, какие обязательства на себя принял при вхождении на наш рынок. Ведь для того, чтобы поставлять какие-то компоненты новым игрокам российского авторынка, нам нужно менять структуру производства, изменять какие-то качественные показатели, финансовые вложения делать, потому что переход на новые разновидности продукции потребует реконструкции производства.

А сегодня тем, кто занимается производством автокомпанентов или, например, исходных продуктов для производства автокомпонентов в части условий локализаций зарубежного производства в России не понятно ничего.

- Как известно, УГМК стала инвестором предприятия, которое выиграло лицензию на медно-никелевые месторождения в Воронежской области. Лицензия на эти месторождения уже у вас на руках?

- Распоряжение правительства Российской Федерации в части того, чтобы нам выдали лицензию - вышло. В ближайшее время мы должны лицензию получить и в течение 30 дней, по условиям этой лицензии, должны подписать соглашение с администрацией Воронежской области.

- Некоторые СМИ и чиновники упрекали УГМК в том, что она никогда не занималась переработкой никеля, не знает руды, с которой придется работать. Как Вы относитесь к таким высказываниям?

- Те руды, которые мы добываем, имеют в своем составе медь, цинк и еще и свинец. Такими полиметаллическими рудами вообще никто кроме нас не занимается. Ни у кого нет, таких как у нас, технологий по разделению меди, цинка и свинца. Нас трудно назвать "неспециалистами" в этом вопросе. Воронежские руды - однородные, медно-никелевые. В них высокое содержание никеля и в пять раз, наверное, меньшее содержание меди. На ГОКе руды будут разделяться на медный и никелевый концентраты. Медь пойдет в медную схему, а никель пойдет уже в никелевую переработку. Кроме того, в этих рудах будут идти сопутствующие металлы в виде золота, платины и серебра и т.д. Все это будем перерабатывать.

- Ранее сообщалось, что компания планирует перерабатывать никелевый концентрат на площадке Производства полиметаллов ОАО "Уральэлектромедь" в Кировграде. Есть ли необходимость строительства на кировградской площадке новой линии по переработке никеля?

- После получения лицензии, мы должны подтвердить запасы. Это минимум год работы на территории. Нужно заключить договоры с геологоразведочными организациями, которые должны "пробуриться" и подтвердить запасы. Параллельно будут вестись расчеты по проекту. В моем понимании, это минимум два года. Будет вестись огромная работа, но она не связана с "физикой", то есть, грубо говоря, копать и бурить никто ничего не будет. А затем, если все подтвердится, будем строить шахту, потому что никакой там открытой добычи быть не может - залегания глубокие. Шахтным способом будем добывать руду и там же проводить обогащение.

Если говорить о никелевом концентрате и его переработке, то для этих целей мы планируем использовать площадку в Кировграде. Место там есть, инфраструктура тоже. Надо будет строить новый никелевый завод "под ключ". Там изобретать никто ничего не будет. Никелевые заводы есть, современные и в экологическом, и во всех других аспектах. Это будет завод мощностью 50 тыс. тонн никеля в год.

В предприятия металлургии, которые будут перерабатывать медную и никелевую руду из Воронежа, будет инвестировано порядка 20 млрд рублей, остальные средства (порядка 50 млрд рублей) - в горно-обогатительный комбинат.

- На Ваш взгляд, почему сейчас происходят общественные волнения в Воронежской области?

- Я думаю, что все успокоится. Людям мы все покажем, объясним. Просто ряд людей, в моем понимании, нацелены на то, чтобы вот этот вопрос обсуждался таким образом. Наверное, до конца года люди успокоятся. Мы сделаем все, чтобы все, кто хочет понять ситуацию, смогли разобраться в ней. А если говорить о руководстве области - там понимают эти процессы, понимают профессионально. Мы готовим соглашение, в котором будут прописаны все условия нашего взаимодействия, наши инвестиции в развитие территории. Подписывать его будем публично, ничего скрывать не собираемся.

Одна из главных претензий митингующих - угроза экологии. Мы подготовим проект разработки месторождений, который будет предусматривать все, в том числе экологию добычи никеля. Эта комплексная проектная документация, в том числе должна будет пройти и экологическую экспертизу.

- Ранее сообщалось, что глава "Интерроса" (основной акционер "Норникеля") Владимир Потанин не исключает партнерства "Норильского никеля" и УГМК по разработке воронежских месторождений. Как Вы оцениваете возможность сотрудничества?

- Два года мы будем вести бумажную работу. А что будет дальше… Мы встретимся, поговорим.

- Вы не исключаете возможности создания СП?

- В жизни все меняется, нет ничего постоянного. Это же жизнь.

Читайте нас в
  • ya-news
  • ya-dzen
  • google-news
Показать еще