Образовательная среда

Interfax-Russia.ru – Вузы России формируют инновационную среду в регионах.

В России уже стали привычными речи об инновациях как о необходимом условии для модернизации экономики, социальной сферы, гражданского сообщества и политической жизни. Так же, как и слова о точках роста. К сожалению, "заболтать" у нас могут любую идею, да так, что в обществе на нее возникает нечто похожее на аллергическую реакцию.

Для того чтобы за словесной шелухой не терялись идеи, необходимо освежить взгляд, обсуждая накопленный опыт и анализируя ошибочные решения. Именно для этого в Екатеринбург на VI Межрегиональную конференцию "Точки роста экономики Большого Урала: новые приоритеты региональной экономической политики" собрались экономисты, бизнесмены и ученые со всей России. Тема собрания была традиционна - точки роста экономики Большого Урала. Однако дискуссии, развернувшиеся на круглых столах конференции и в неформальной обстановке, были гораздо шире заявленной темы.

Так проректор по экономике и стратегическому развитию Уральского федерального университета (УрФУ) Даниил Сандлер в своем докладе на пленарном заседании сразу задал высокую планку будущих дискуссий. По его мнению, основой для большого скачка в развитии ведущих стран мира стали университеты, то есть широко профилированные высшие учебные заведения.

Так, в частности, докладчик рассказал о Силиконовой долине и Шоссе 128 (Стэнфорд и Массачусетский технологический институт, США), Идеоне (Лундский университет, Швеция), Софии Антиполис (Университет Ниццы, Франция), Траффорд – парке (университеты Манчестера, Великобритания); научно-технологической зоне Чжунгуаньцунь (Пекинский университет, Университет Цинхуа).

Возвращаясь к России, Даниил Сандлер отметил, в Екатеринбурге университетскую зону планируют создать уже около 10 лет, но дальше планов дело не идет. При этом спрос на качественное высшее образование в уральских регионах только возрастает.

Об этом же говорили участники дискуссионной площадки "Новая социальная роль университетов в региональном развитии". Однако они отмечали, что если ранее вузы ориентировались на запросы будущих работодателей, затем, в том числе и вынужденно, из-за проблем с финансированием, на запросы потенциальных студентов, то теперь они должны думать еще и о своей социальной ориентации, что может несколько затормозить развитие высшей школы России.

Вот как сформулировал эту парадигму ректор УрФУ им. Б.Н. Ельцина Виктор Кокшаров, оговорившись, впрочем, что это лишь кажущееся противоречие: "Еще одно кажущееся противоречие – предпринимательство и социальная ориентированность университета. С одной стороны, мы должны работать на бизнес, мы должны зарабатывать деньги сами, коммерциализировать идеи, разработки, с другой стороны должны быть социально ориентированными. Как грань провести между зарабатыванием денег и социальными функциями?"

Вопрос этот очень серьезный. Высшее образование в России всегда ценилось высоко. Однако если вуз становится своего рода филиалом корпораций, черпающих в нем человеческие и научные ресурсы, то он и сам превращается в корпорацию, со всеми плюсами и минусами такого формирования. В тоже время, если университеты сосредоточатся исключительно на социальной деятельности, то они постепенно превратятся в комфортные резервации для молодежи, которая будут проводить в них от трех до шести лет. После чего студенты получат диплом, не подкрепленный знаниями, необходимыми для работы в крупных корпорациях.

В свою очередь проректор УрФУ по международным связям Максим Хомяков напомнил, что в мире есть и третья модель развития университета. Это модель университета как социально открытой структуры, в которой клиентами являются не только студенты и работодатели, но и окружающее университет социальное пространство. Так, по его словам, во Франции появился новый тип кампуса – не закрытое отдельное поселение студентов, а вписанная в окружающую городскую среду структура, причем многие университетские площадки становятся публичными, т.е. их могут использовать все, вне зависимости от того, имеют они отношение к университету или нет.

Однако появлению такого типа кампуса предшествует создание университетской зоны влияния и пользования. Как заявил в своем докладе проректор УрФУ по экономике и стратегическому развитию Даниил Сандлер, сейчас модель построения технологической зоны ускоренного развития формируется вокруг высших учебных заведений региона. В такой зоне концентрируются центры развития крупных компаний региона, лаборатории и институты Российской академии наук и УрФУ, центры коллективного пользования оборудованием, объекты социальной и деловой инфраструктуры.

Кстати, в настоящее время первая очередь кампуса УрФУ и технопарк высоких технологий занимают уже 387 га, а в перспективе новый технополис Урала разрастется до более чем 1,5 тыс. гектаров.

Разумеется, технополис не может развиваться без помощи крупного бизнеса и властей региона. О том, какими могут быть отношения вуза и местных властей, рассказал на конференции проректор по стратегическому развитию, экономике и правовым вопросам Пермского государственного национального исследовательского университета (ПГНИУ) Дмитрий Красильников. По его словам, Пермский государственный университет всегда активно участвовал в формировании социальной среды региона. Тем не менее, довольно долго отношения вуза с властью были "нейтрально-прохладными".

"Вторая стадия наступила лет 7 назад, когда мы стали затаскивать в край федеральные средства. Власть повернулась к нам и стала помогать этим процессам, так как это дополнительная занятость, ресурсы, привлечение средств в регион", - рассказал Красильников.

Сейчас, по его словам, региональная власть уверена, что университет может помочь привлечь в регион новые светлые головы и не дать "утечь на сторону" местным талантливым молодым ученым.

"Региональная власть стала понимать, что для того, чтобы сохранить людей на территории и притянуть сюда, надо создавать мощные центры образования и вкладываться в университет, в его социальную роль", - пояснил Красильников.

В настоящее время в Перми доктор наук получает дополнительно 30 тыс. рублей к своей заработной плате, если активно публикует научные работы, в том числе в зарубежных рейтинговых научных изданиях, а также раз в пять лет готовит хотя бы одного кандидата наук. А бывшие школьники, теперь студенты, обучающиеся в Перми, набравшие по ЕГЭ 225 баллов и более, получают стипендию в 5 тыс. рублей.

Впрочем, такие финансовые преференции существуют не только в Пермском крае. Другое дело, что система сотрудничества с экономическими и политическими центрами власти выстраивается годами.

Кстати, свой вклад в выстраивание гармоничных и взаимовыгодных отношений вуза с властями и бизнес-элитами могли бы внести выпускники двух вузов, объединившихся в УрФУ. И об этом также шла речь на дискуссионной площадке конференции. Ведь не секрет, что из стен Уральского политехнического университета (УГТУ-УПИ) и Уральского государственного университета (УрГУ) вышло немало представителей той самой элиты. И у этой элиты, в свою очередь, накопилось достаточно много вопросов к качеству подготовки студентов и уровню знаний профессорско-преподавательского состава вузов. Однако, как выявилось в ходе дискуссии, зачастую это вопросы возникают от недостатка объективной информации и негативного отношения в целом к системе отечественного высшего образования.

Об одной из причин такого предвзятого отношения рассказал заведующий кафедрой управления территориальным развитием факультета государственного управления Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ (РАНХиГС), член Общественной палаты РФ Вячеслав Глазычев: "Сегодняшнего студента гораздо легче заинтересовать практикоориентированной задачей, это возможность подъема и финансового, и статусного положения университета. Студентов в городе (Екатеринбурге – ИФ) много, а есть ли студенческое сообщество? Студенчеств не проявлено".

Глазычев использовал такой термин, как "обрастание" университета – т.е. появление вокруг него различных необходимых объектов и условий для развития, начиная от специализированной торговли, рассчитанной на целевую аудиторию, и заканчивая объектами для комфортной жизни, учебы и исследований. Между тем, в настоящее время, по мнению Вячеслава Глазычева, большинство российских университетов в этом отношении пока "голые".

Эту мысль подтвердил и проректор по стратегическому развитию, экономике и правовым вопросам Пермского государственного национального исследовательского университета Дмитрий Красильников. Он рассказал, как администрация университета, сформировав в вузе прекрасную базу для исследований, пригласила поработать на ней одного из своих выпускников, давно уже сменившего пермскую прописку на зарубежную. Выпускник согласился, но на предложение заключить контракт и остаться работать в вузе ответил отказом. Его не устроила социальная среда – вопросы безопасности жизни и бытовые проблемы, с которыми он уже давно перестал сталкиваться за рубежом.

В тоже время участники дискуссии отметили, что для многих настоящих ученых масштабная задача плюс возможности для ее решения значат не меньше, чем комфортабельный быт.

А таких масштабных задач перед УрФУ стоит непочатый край. "Вот как раз создание федерального университета, то есть объединение классического и технического университетов, дает нам отличный синергетический эффект. Поскольку фактически мы обладаем набором специалистов по всем направлениям. И мы создали уже целый ряд малых предприятий – 39 предприятий уже есть. Сейчас создаем два инновационных производственных центра по механообработке металла и по стерилизации изделий медицинского назначения", - заявил Interfax-Russia.ru руководитель вуза Виктор Кокшаров.

Также, по словам ректора УрФУ, сейчас создается центр ядерной медицины: "Уже созданы несколько инжиниринговых центров, где молодые ребята, и не только из университета, но и студенты, аспиранты со стороны, могут приходить и свои идеи воплощать на практике", - подчеркнул он.

Вырастить образовательную среду, которая, как питательный бульон, будет помогать росту региона и страны в целом – дело не одного дня. Но, судя по тому, что прозвучало в рамках дискуссии, в России это сделать вполне возможно. И это дело не далекого будущего – эти процессы идут уже сейчас.

Обозреватель Елена Глушкова