Точка зрения 29 мая 2013 г. 17:44

Суд с цензурой

Interfax-Russia.ru - Суд по "делу Кировлеса" обнародовал в цензурном варианте прослушку телефонных переговоров подсудимых, несмотря на ходатайство защиты об исключении их из дела.

Процесс по громкому делу адвоката, оппозиционера и известного блогера Алексея Навального, которого обвиняют в организации крупной растраты чужого имущества (ст. 33, ст.160 УК РФ), стартовал 17 апреля.

На скамье подсудимых также директор ООО "Вятская Лесная компания" Петр Офицеров, который, по версии следствия, в сговоре с Навальным и гендиректором КОГУП "Кировлес" Вячеславом Опалевым организовал хищение имущества областного ГУП. Следствие полагает, что с мая по сентябрь 2009 года они похитили более 10 тыс. кубометров лесопродукции, принадлежащей "Кировлесу", и причинили бюджету Кировской области ущерб на сумму более 16 млн рублей.

После первого кратковременного заседания, на котором судья удовлетворил ходатайство адвокатов подсудимого о предоставлении времени для более подробного ознакомления с материалами дела, слушания перенесли на неделю.

Судебные хроники

24 апреля защита фигурантов дела вновь попросила Ленинский районный суд Кирова отложить рассмотрение материалов, однако суд на этот раз отказал в удовлетворении ходатайства.

Суд также отклонил ходатайство защиты о возвращении "дела Кировлеса" в прокуратуру. Адвокаты, настаивая на этом, обращали внимание суда на нарушения требований УПК РФ при составлении обвинительного заключения. В частности, защитник Вадим Кобзев отмечал, что в обвинительном заключении нет данных о размере вреда, причиненного преступлением.

Кроме того, адвокат указал на то, что в обвинительном заключении следственные органы не привели все доказательства защиты и не отразили их краткий перечень. "В частности, обвинение не содержит никаких конкретных сведений о том, в чем именно выразилась роль Навального в преступлении", - отмечал Кобзев.

Оглашая решение, судья указал, что не установлен факт составления обвинительного заключения с нарушением законодательства. "Доводы о том, что в обвинительном заключении не указан размер ущерба, - несостоятельны, размер ущерба указан четко и понятно", - сказал судья.

Доводы защиты Навального о том, что обвинительное заключение было подписано прокурором формально, судья также посчитал надуманными. Не нашел оснований для возвращения дела в прокуратуру и тот факт, что обвинение, которое было предъявлено подсудимому, дословно не совпадает с обвинением, изложенным в заключении. "Согласно законодательству, заключение не должно слово в слово совпадать с постановлением о привлечении в качестве обвиняемого", - пояснил судья, добавив, что в заключении передано существо обвинения, и на основе имеющихся материалов суд может вынести законный приговор.

В ходе оглашения фабулы обвинительного заключения прокурор в Ленинском районном суде Кирова сообщил, что Навальный обвиняется в организации хищения имущества "Кировлеса" путем растраты в особо крупном размере.

"Примерно в конце декабря 2008 - начале января 2009 года в здании правительства Кировской области губернатор Никита Белых на встрече с руководителями крупных предприятий города, в числе которых был гендиректор "Кировлеса", представил своих будущих советников на общественных началах, в том числе Навального", - сказал гособвинитель.

По его словам, в соответствии с полномочиями советника Навальный имел право оказывать консультативную помощь губернатору по всем общественно значимым вопросам. "У Навального в 2009 году возник умысел на хищение имущества, принадлежащего "Кировлесу". Он действовал, как организатор преступления, совместно со своим пособником Офицеровым. Он разработал преступный план по хищению имущества и его растрате в пользу созданной и подконтрольной ему организации, которую должен учредить и возглавить Офицеров", - добавил прокурор.

В свою очередь Навальный заявил о своей невиновности: "Виновным я себя не признаю. Дело абсолютно политически мотивировано и сфабриковано. В ходе судебного процесса будет доказана моя невиновность, и я уверен, что это станет ясно всем: и кто здесь присутствует, и кто смотрит трансляцию, и всем гражданам Российской Федерации".

По его мнению, основной целью возникновения уголовного дела в отношении него является "вытеснение его из легального политического поля". "Согласно новому законодательству, граждане, осужденные по тяжким преступлениям, больше никогда не смогут никуда баллотироваться", - пояснил оппозиционер.

Навальный также назвал уголовное преследование в отношении себя политической местью за его расследования и работу в Фонде борьбы с коррупцией, а также местью за кампанию в период выборов.

Обвинение против себя он назвал оговором. "Для меня необъяснимо, как все может строиться на показаниях одного человека, который с моей подачи был уволен с должности, и по моему заявлению против него было возбуждено уголовное дело", - заявил Навальный.

Кроме того, подсудимый обратил внимание суда на то, что "в деле о якобы совершенном экономическом преступлении о хищении 16 млн рублей не проведена ни одна бухгалтерская экономическая экспертиза".

В защиту и "против"

Между тем, о нанесении Навальным и Офицеровым ущерба ГУП "Кировлес" заявил в суде представитель предприятия Павел Смертин, который в 2009 году являлся заместителем директора департамента государственной собственности Кировской области.

Он рассказал, что узнал о существовании договора между "Кировлесом" и ООО "ВЛК" ("Вятская лесная компания"), учредителем которой был Офицеров. "Наша проверка, а в последствии и аудиторская, выяснили, что договор был не выгоден ГУПу и содержал одностороннюю ответственность "Кировлеса" по поставкам продукции", - отметил Смертин.

О нанесенном "Кировлесу" ущербу заявил и свидетель обвинения Вячеслав Опалев, который в 2009 году являлся гендиректором предприятия "Кировлес". Выступая в Ленинском районном суде Кирова 25 апреля, Опалев заявил, что в 2009 году финансовое состояние "Кировлеса" было устойчивым, и долгов у предприятия не было.

По его словам, ситуация изменилась после заключения с подачи Навального договора на поставку лесопродукции через ООО "ВЛК". Причем, отметил свидетель, коммерческий отдел "Кировлеса" сделал вывод о том, что данный договор не выгоден - не прописаны ни цены, ни ответственность. "Но здесь уже шло давление на меня, в том числе со стороны Навального и Офицерова. Офицеров все время мне кричал, что если ты не будешь подписывать, то наверху эти вопросы решат. То есть, кивал наверх, на правительство, что там все согласовано и решено", - рассказал Опалев.

Он утверждал, что соблюдение условий договора повлекло потери предприятия - от каждого куба около 700 рублей, к тому же компания ВЛК по договорам поставки расплачивалась несвоевременно. Как заявил свидетель, условия договора пошатнули финансовое положение "Кировлеса", а позднее Навальный поставил вопрос о его увольнении с должности директора.

Впрочем, рассказывая свою версию событий, уже осужденный экс-директор "Кировлеса", так путался в цифрах и хронологии событий, что это отметил даже прокурор, который попросил суд заслушать показания Опалева, данные им на стадии предварительного следствия в качестве обвиняемого.

Невыгодным договор с ВЛК назвала и замдиректора "Кировлеса" Лариса Бастрыгина, и директор Кировочепецкого лесхоза Дмитрий Кузякин.

Нерентабельность договора "Кировлеса" с ВЛК выявил и аудит деятельности предприятия в 2009 году. "Из тех документов, которые были нам представлены, исходя из наших соображений, мы пришли к выводу, что сотрудничество с ВЛК приносит некоторые потери предприятию (КОГУП "Кировлес" - ИФ)", - заявила свидетельница гособвинения, аудитор Татьяна Загоскина, добавив, что все материалы проведенной проверки были представлены в региональное правительство.

Вместе с тем, столь однозначные выводы делали не все свидетели. Так, заместитель гендиректора "Кировлеса" Сергей Маковеев заявил на суде, что Офицеров действовал как самостоятельный бизнесмен, и о каких-либо его связях с Навальным он не знал. "Опалев (бывший гендиректор "Кировлеса" - ИФ) представил мне Офицерова как человека, который будет помогать реализовывать лесопродукцию. Он действовал как самостоятельный предприниматель", - сообщил Маковеев.

Он также предположил, что если бы со стороны Офицерова было давление на Опалева, последний мог бы сообщить об этом своему начальству. "Наверно, он мог обратиться к непосредственным кураторам в случае давления со стороны директора ВЛК", - сказал свидетель, отвечая на вопрос стороны защиты.

Другой свидетель обвинения - экс-начальник коммерческого отдела "Кировлеса" и по совместительству коммерческий директор "ВЛК" Марина Бура также заявила, что у нее не было ощущения, что Навальный и Офицеров действовали совместно.

О том, что Навальный не мог организовать растрату на предприятии "Кировлес", на одном из заседаний говорил и первый заместитель председателя правительства Кировской области Сергей Щерчков.

"Он не был должностным лицом, контролировать работу предприятия не мог", - заявил Щерчков, отметив, что Навальный работал с предприятием по поручению губернатора области - "предлагал пути развития, провести аудиторскую проверку".

В свою очередь бывшие директора лесхозов, которые находились под контролем "Кировлеса", заявили в суде, что никому бесплатно лес не отгружали. В частности, бывший директор Подосиновского лесхоза Наталья Каретнюк в ходе допроса сообщила, что Вятской лесной компании было постановлено всего пять вагонов с лесом. "Это малая часть. Никаких специальных условий поставок леса в ВЛК не было",- сказала Каретнюк.

"Я лично никогда не слышал, чтобы Навальный предлагал мне или кому-то работать с Вятской лесной компанией. Также не слышал это от других людей, в том числе и от директора "Кировлеса" Вячеслава Опалева", - сказал и директор Кировского лесхоза Владимир Крылатов.

Директор Кировского мебельно-деревообрабатывающего комбината Сергей Черник также отрицал давление по поводу сотрудничества с ВЛК.

Другой свидетель, директор предприятия по продаже пиломатериалов (Владан) Роман Овчинников в суде заявил, что работал как с "Кировлесом", так и с ВЛК, цены на продукцию у них практически не отличались. О том, что цены, по которым ВЛК приобретала лесопродукцию, были рыночными, а договор выгодным, заявил и бывший директор Унинского лесхоза Сергей Пантелеев.

Свидетельство от губернатора

Наконец, 22 мая свидетельские показания в суде дал глава региона Никита Белых. По его мнению, Навальный на посту советника главы региона своими действиями не причинил вреда субъекту федерации.

"На основе имеющихся у меня данных у меня нет причин делать такой вывод (о вреде от действий Навального - ИФ)", - сказал Белых, особо отметив, что статус Навального не позволил бы ему действовать от имени главы региона, о чем было широко известно.

"Статус советника не менялся, я предлагал Навальному перейти на работу на госслужбу, но он был просто советником на общественных началах", - сказал губернатор. По его словам, не вел он и никаких публичных или кулуарных разговоров с региональными чиновниками или представителями предпринимательского сообщества о том, что Навальный может перейти на госслужбу.

Кроме того, Белых заявил, что ему неизвестно о существовании какого-либо документа, который обязывал бы "Кировлес" реализовывать продукцию только через Вятскую лесную компанию. "Заявлений о том, что кто-то принуждал руководство филиалов "Кировлеса" к работе с этой компанией, не было", - сказал руководитель региона.

Не слышал Белых также и об ущербе в 16 млн рублей, якобы причиненном, по данным следствия, "Кировлесу" Навальным, и не знает о хищениях на предприятиях. Губернатор заявил, что в аудиторской проверке предприятия такой информации не содержалось, однако там было указано, что договор с ВЛК невыгоден для "Кировлеса".

К тому же, по мнению Белых, аудиторская проверка предприятия была проведена некорректно. "То качество аудиторской проверки, которое было осуществлено, в ходе совещания было подвергнуто очень серьезной критике. Она, на мой взгляд и других участников совещания, была сделана некорректно", - отметил глава региона.

Он также сообщил, что основное внимание аудиторов по каким-то причинам было сосредоточено на взаимоотношениях ВЛК и "Кировлеса", хотя доля древесины, реализуемой через ВЛК, была невелика.

Кроме того, взаимоотношения ВЛК и "Кировлеса" стали для губернатора "большой и неприятной неожиданностью", поскольку в ходе того совещания выяснилось, что приемная дочь гендиректора "Кировлеса" Вячеслава Опалева работает в ВЛК.

"Я считаю, что такого рода примеры в принципе не должны быть реализованы, когда между государственной и коммерческой структурой, состоящих в каких-либо взаимоотношениях, существуют еще и родственные связи", - заявил Белых, отметив, что "это было одним из серьезных аргументов для принятия решения о расторжении всех отношений".

"Поэтому по итогам совещания было принято всего два решения и озвучено мной: это отстранение от должности Опалева Вячеслава Николаевича и второе - это расторжение отношений между КОГУП "Кировлес" и Вятской лесной компанией", - сообщил губернатор.

Он также отметил, что идея организации единой торговой площадки (ВЛК - ИФ) возникла из-за подозрений о том, что "Кировлес" мог незаконно торговать древесиной. "Существовали подозрения, что часть реализации древесины происходит за наличный расчет, вопреки действующему законодательству. Поэтому мы с Алексеем Навальным и другими экспертами говорили о необходимости изменений путем реорганизации, в том числе, и централизации системы сбыта", - заявил Белых.

Судебная цензура

Очередное - десятое - заседание суда по "делу Кировлеса", прошедшее 29 мая, началось с допроса свидетеля. Причем, свидетель обвинения, на этот раз бывший директор Белохолуницкого лесхоза Владимир Князев, заявил, что не помнит, давал ли он ранее показания по делу "Кировлеса", и прокуратура снова предложила суду приобщить к делу данные ранее показания.

До и после этого допроса защита подсудимых ходатайствовала об исключении из материалов дела ряда доказательств. В первый раз адвокаты требовали признать необоснованными рапорт оперуполномоченного Машковцева, протокол осмотра предметов и диски с детализацией входящих и исходящих телефонных звонков, запрошенные в рамках уголовного дела.

Во второй раз адвокаты ходатайствовали об исключении из дела материалов, связанных с прослушиванием телефонных переговоров Навального и Офицерова. "Фонограммы и другие материалы, полученные в результате прослушиваемых телефонных переговоров, в отношении которых не было возбуждено уголовное дело, уничтожаются в течение 6 месяцев после проведении прослушивания, о чем составляется соответствующий протокол", - заявила адвокат Ольга Михайлова.

Она уточнила, что первое уголовное дело в отношении Навального и Офицерова было возбуждено 10 мая 2011 года, а разрешение на прослушивание телефонных переговоров суд выдал 3 августа 2009 года. Таким образом, до 30 июля 2010 года фонограммы телефонных переговоров должны были быть уничтожены.

"Полученные сведения должны были быть уничтожены еще в 2010 году, а не использоваться в качестве доказательств по данному уголовному делу", - заявила Михайлова.

Защита также потребовала от кировского управления ФСБ предоставить документы, на основании которых прослушивались переговоры Навального и Офицерова и полные сведения о фонограммах, представленных в деле и уничтоженных в ходе исследования.

По мнению защиты, сторона обвинения пытается огласить все материалы, представленные в уголовном деле, для включения их в обоснование обвинения.

Однако суд признал прослушку телефонов законной, решив огласить распечатку переговоров в открытом режиме, несмотря на обилие нецензурных выражений. Ненормативную лексику решили заменять словосочетанием "нецензурное слово", а СМИ попросили выставить знак ограничения по возрасту для доступа к оглашаемой информации.

На следующем же заседании, намеченном на 30 мая, суд решил прослушать оригиналы записей.

Обозреватель Анастасия Николаева

Читайте нас в
  • ya-news
  • ya-dzen
  • google-news
Показать еще